НТМ - Новини Твого Мiста

«Всякая милиция чего-нибудь стоит, если от нее уметь защищаться», - решили пенсионеры Артеменко и обратились за правдой в административную комиссию

В жизни никопольской четы пенсионеров Вадима Степановича и Ирины Владимировны Артеменко день 7 августа с. г. начинался как обычно - в рабочих хлопотах, без коих не обходится нехитрый приработок в открытом прямо возле подворья торгового павильона. И прошел бы этот четверг, как десятки прочих – неприметно, если бы…  не вынужденное знакомство с  молодым сотрудником сектора криминальной милиции по делам детей (СКМДД) местного ГО УМВД Н. (известную редакции фамилию и имя сотрудника мы пока не указываем по этическим причинам – авось, конфликтная ситуация разрешится путем «взаимного непротивления сторон», а сам сотрудник милиции поймет свою ошибку и неправоту?). Встреча эта имела несколько пикантную подоплеку, но в ней-то и кроется причина, вынудившая обратиться в редакцию 62-летнего Владимира Артеменко – ветерана-трубника, проработавшего не один год на «Трубостали» начальником смены (по его стопам, кстати,  пошел и сын)…

«7 августа, - пишет в своем письме Владимир Степанович, - примерно в 15.00 в наш с женой торговый павильон, расположенный по адресу: ул. Херсонская, 493, заглянули три не очень опрятно одетые девицы. И спросили водки. Жена объяснила им, что спиртным мы не торгуем. Слегка разочарованная троица вышла, но, не пройди и десяти метров, одна из гостий вернулась и попросила продать бутылку пива. На вид покупательнице было лет 22-25. Вместо сдержанного макияжа - кричащая «боевая» раскраска лица… Супруга протянула ей пиво, взяла плату. Девица направилась из павильона к дороге и зачем-то подняла руку с емкостью вверх.

Сразу же со стороны 1-го квартала к павильону подкатила легковушка. Оттуда вышли два парня – и к нам. Буквально с порога предъявили обвинение: мол, что же это вы продали пиво несовершеннолетней девушке? Я попросил представиться – они ответили, что являются работниками милиции по делам несовершеннолетних. Чем-то помахали перед лицом и принялись усиленно перемещаться по павильону…

Нам с женой ничего не оставалось, как потребовать представить эту свою «несовершеннолетнюю». Тогда один из гостей выглянул из дверей наружу:

- Иди сюда!

К тому времен все три молодайки уже сидели в машине. Та, что покупала у нас пиво, зашла к нам в торговый зал и сразу же хотела выйти. Но тут я потребовал у нее показать паспорт – уж больно взрослый для «несовершеннолетней» был у нее вид. Девица ответила отказом: « У меня с собой нет паспорта». И многозначительно посмотрела на сотрудников милиции. Один из них (тот, что был за рулем) «вспомнил», что паспорт девушки – у него, и, сбегав к автомобилю, принес что-то похожее на паспорт. И вот тут - важная деталь: если это и был паспорт, то явно не этой дамочки, поскольку один из правоохранителей показывал его нам более чем странно – закрыв рукою половину фотографии и все записи, кроме года рождения. Тот, как и следовало ожидать, указывал: владелице (или владельцу) паспорта пошел 18-й год…

А лейтенант В. продолжал тем временем писать протокол. Мы ему:

- С этим беспределом не согласны!

– Ну, это ваше право…, - бросил он. Написал объяснение «о нашем несогласии» и дал подписать. Жена, разумеется, подписала: так, мол, и так, пива несовершеннолетней не продавала, поскольку покупательница выглядела минимум на 22 года, а предъявленный позднее паспорт ей явно не принадлежит.

Лейтенант на этот «протест» и виду не подал. Все вышли и, весело общаясь, уселись в машину. А я остался один на один со своими вопросами: если эта девица – несовершеннолетняя, то почему она разъезжает по городу в легковушках без сопровождения родителей? Почему свой паспорт она хранила не при себе, а тот был у сотрудника милиции, управлявшего служебной машиной? Наконец, почему не пригласили свидетелей или понятых при фиксации факта продажи пива «семнадцатилетней»?

Лейтенант В. уверенно заявил, что он действует согласно Закону «О милиции». Но если этот Закон позволяет осуществлять ТАКИЕ действия, при которых не требуется подтверждения «фактов» свидетелями (если, конечно, «свидетели» тоже не заранее «припасенные». - Прим. ред.), а милиционер прав лишь потому, что ему, видите ли, нужно «зарабатывать бонусы» (это по его собственным словам – именно «бонусы», так он, дескать, ещё очень молодой сотрудник милиции!), то мы НИКОГДА не построим европейского государства. Хотя, конечно, есть и множество иных факторов, дающих основания в этом усомниться…

Одним словом, мы с женой заявили, что не станем подписывать составленный протокол. В ответ от правоохранителя услышали, что у него, мол, найдется много аргументов для того, чтобы помешать нам работать. А ещё он добавил: дескать, не переживайте, в административной комиссии разберутся. И нам ничего не оставалось, как поставить подпись… Кто там знает, что еще «припасено» для нас в Законе «О милиции»?

Должен заметить, что мы бы с супругой и не работали, но как прожить на пенсию в 2,5 тысячи гривен на двоих? Вот и приходится трудиться и на склоне лет: мне уже 62 года, жене – 59 лет. Торговля в павильоне (замечу: табака и крепких напитков у нас в ассортименте нет) дает нам на двоих немного -  20-30 грн. в день.

В заключение – риторический вопрос. Хотелось бы знать: такие вот выездные «театры» работников милиции для зарабатывания себе «бонусов» прописаны в Законе «О милиции» или эта самодеятельность, поощряемая (или упорно не замечаемая) , так сказать, «на местах»?

С уважением, Владимир Артеменко».

ПОСТСКРИПТУМ.

Вот такая странная история. Решив защищаться от нескрываемых намеков сотрудника милиции на  некие «аргументы», чета Артеменко поначалу обратилась в горрайонную прокуратуру. 19 августа оттуда был получен ответ. В нем было сказано, что приложенный к письму протокол  об административном правонарушении подведомствен рассмотрению административной комиссией, посему у прокуратуры нет правовых оснований для применения мер прокурорского реагирования. А 8 сентября протокол рассматривался уже административной комиссией при исполкоме Никопольского городского совета, возглавляемой Ириной Харченко. Комиссия пришла к выводу, что оперуполномоченный ГО УМВД Н. внес в протокол данные о свидетелях уже ПОСЛЕ ТОГО, как второй экземпляр протоколу был вручен Ирине Артеменко. Стало быть, протокол составлен с нарушением требований ст. 256 КУоАП и не может приниматься во внимание в качестве доказательства по делу. В итоге комиссия постановила, что в действиях Ирины Артеменко состав административного правонарушения отсутствует, и закрыло дело.

«Иву» нагнуть и сломать не удалось

Статья предоставлена лучшей газетой Никополя — "Проспект Трубников". Подписывайтесь на газету в специальном разделе нашего портала -"ПОДПИСКА", а также во всех почтовых отделениях. Свежий номер "Проспекта" Вы сможете приобрести в точках продажи прессы.